Областной минфин окончательно проиграл спор о налогах с самарской ИКЕА

Поделиться

ikea-samaraВерховный суд отказался пересматривать дело о 257 млн рублей налогов, уплаченных самарской ИКЕА. Как и все предыдущие суды, последняя инстанция встала на сторону шведского ритейлера.

Передавать жалобу самарского минфина в коллегию по экономическим спорам не имеет смысла, решил Верховный суд. В заявлении самарского минфина нет доказательств того, что суды, ранее выносившие решения в пользу ИКЕА, нарушали закон. Доводы министерства сводятся к переоценке в свою пользу уже установленных фактов, отметил Верховный суд. Комментирует адвокат ПАСО Сергей Карпов:

Верховный суд на то и верховный, что он рассматривает только существенные нарушения, например, явно неправильную трактовку. У нас был случай, когда нижестоящий суд очевидно незаконно применил сроки исковой давности к отношениям, где сроки исковой давности на прошли. Вот это — основание для пересмотра. А если жалоба направлена на то, что “суд дал доказательствам такую оценку, а надо было дать вот такую” — нет конечно, это не основание для Верховного суда. Он не дает другой оценки ранее представленным в судах доказательствам, он лишь смотрит на то, были ли нарушены или не нарушены нормы закона при вынесении решения нижестоящими судами.

В 2006 году, начиная строить центр “Мега” в Самаре, шведский ритейлер заключил с правительством региона семилетний меморандум, по которому компания признавалась инвестором и, соответственно, получала налоговые льготы. Однако затем областные власти изменили закон, и когда в 2013 году ИКЕА захотела получить возврат части налогов, накопившейся за три предыдущих года, то получила отказ. Впоследствии все суды признали этот отказ незаконным. Продолжает глава адвокатской коллегии LEX Ефим Токар:

По сути дела, это была попытка дать закону так называемую обратную силу: принять новый акт регионального значения и распространить его на правоотношения, которые имели место быть в прошлом. Сказать, что это некорректно, будет слишком мягко. Это, наверное, все-таки недостаточно правовой подход.

Обращение в Верховный суд стало для самарских минфина и налоговой скорее делом принципа, слишком уж велика была цена спора — 257 млн рублей. Впрочем, даже вернув себе деньги, ИКЕА все равно много теряет — за время судов рубль сильно подешевел. Единственное, на что может рассчитывать ритейлер — попробовать отсудить сумму, рассчитанную по ставке рефинансирования. Эксперты сходятся в том, что доказать наличие других убытков ИКЕА в этом случае будет крайне сложно.

 

Сергей Карпов, адвокат ПАСО: Наше законодательство исходит из того, что закон, который ухудшает положение лица что в гражданском, что в административном, что в уголовном праве, равно как и в праве налоговом — не имеет обратной силы. Одностороннее изменение законодательства не может ухудшать положение налогоплательщика (в уже сложившихся правооотношениях с государством — ред.). В данном случае я соглашусь с позицией судов, которые сказали, что последующее изменение закона не может служить основанием для изменения правоотношений, которые сложились на тот момент, когда действовала иная редакция закона, предоставлявшая налогоплательщику преференции.

Ефим Токар, глава адвокатской коллегии LEX: Упущенная выгода — это в РФ достаточно труднодоказуемый фактор. В случае с самарской ИКЕА доказать причинной-следственную связь (между ростом курса рубля во время рассмотрения спора в судах и недополученными доходами — ред.), боюсь, не получится. Кроме того, процессы о компенсации подобных убытков длятся минимум полтора-два года, потому что в них имеют место быть экспертизы плюс прохождение всех судебных инстанций.