Между «отвращением к доллару» и «отвращением к евро»

Поделиться

В среду вечером 13 июня Федрезерв США поднял процентную ставку ожидаемо в диапазон 1.75%-2.0%. А главное – чётчко обозначил до конца года ещё 2 вероятных подъёма ставки. Именно так предполагают в официально опубликованных прогнозах-«проекциях» 7 из 15 голосующих на сегодня управляющих комитета ФРС по открытым рынкам, а ещё 1 член комитета считает возможным даже и 3 подъёма ставки в 2018 году. Получается, что в сумме так называемых «ястребов» насчитывается уже 8 из 15, то есть число сторонников жёсткой финансовой линии в ФРС немного, но преобладает. В полку «ястребов» прибыло: по сравнению с мартовским заседанием в их стан переметнулся один из сторонников более долгой мягкой политики. Только лишь 1 подъём ставки теперь ожидают лишь 5 членов комитета против 6 в марте, а ещё двое «отщепенцев», как и тогда, склоняются к мысли оставить ставки в дальнейшем вообще без изменений.

 

Тем не менее, попытка укрепления американского доллара была предпринята по горячим следам заседания по сути лишь одна, длилась она чуть больше получаса, и рост доллара не был существенным.

Например, основная forex-пара Евро/Доллар потеряла в цене лишь 60 пунктов, снизившись с отметки 1.1785 до публикации решения до 1.1725 после публикации. Но ещё до окончания пресс-конференции Джерома Пауэлла евро вновь подскочил в цене до 1.18, а к середине дня четверга 14 июня торговалась и вовсе по 1.1825. И лишь последующая реакция евро уже на заявления «родного» ей европейского ЦБ днём 14 июня смогла спровоцировать ещё одну волну падения евро – на сей раз ниже 1.17. В районе 62 рублей за доллар торгуется по состоянию на четверг 14 июня российская валютная биржа – несмотря на то, что ещё утром 13 июня за доллар давали больше 63 рублей, а нефть с тех пор почти на тех же уровнях: пожалуй, слухи о грядущих массовых закупках доллара в России спекулянтами сильно преувеличены, если уж они не воспользовались для этого и таким поводом.

Британский фунт, торговавшийся в паре с долларом по 1.3385 до выхода новостей от ФРС успел снизиться в моменте до 1.3317, но уже в следующем часе отыграл назад всё падение, торговался в четверг выше 1.34, а после отличных британских цифр по розничным продажам поднялся до 1.3445. Вторая попытка роста доллара и снижения фунта с этих цен на момент написания статьи смогла опустить цены лишь в район чуть выше всё тех же 1.33. А золото, которое с начала июня колебалось всё время ниже отметки 1300 долларов за унцию и вообще вело себя достаточно пассивно, активизировалось и торгуется на новых максимумах месяца вплоть до 1310 долларов за унцию – и это несмотря на то, что традиционно повышение ставок по доллару толкало котировки золота ниже: более высокая доходность в валюте снижает привлекательность консервативных инвестиций в драгоценные металлы.

Ничего подобного мы, тем не менее, на рынках не наблюдаем. Похоже, что инвесторы скорее продолжают страховаться от рисков – связанных прежде всего с глубокими разногласиями мировых лидеров в минувшие выходные на встрече стран «большой семёрки» в Оттаве. Администрация Трампа гнёт свою линию, но остальные крупные страны координируются и сопротивляются, предъявляя Америке претензии в ответ всё яростнее, о чём свидетельствуют и комментарии самих участников встречи, и обнародованные сами «говорящие» за себя фото со встречи.

В последние 2 месяца президент США Трамп то стряхивает прилюдно едва ли заметный кому-то ещё кусочек перхоти с пиджака президента Франции Макрона, то отказывается встречаться на полях встречи с британским премьером Терезой Мэй, жалуясь на её «учительский тон» и желание «извлечь личные выгоды за счёт отношений Лондона с Вашингтоном». Но главное, конечно, сама политика – сперва выход США 8 мая из многосторонней сделки с Ираном, что породило обоснованную боязнь новых американских штрафов для европейских и для любых других компаний в случае продолжения их бизнеса с Ираном. А прецеденты в виде наложения многомиллиардных долларовых штрафов на французские, немецкие, японские банки в 2012-2014 гг уже были. Затем – пошлины с 1 июня на сталь и алюминий, долго откладывавшиеся и всё-таки введённые. И кто знает, на какие ещё группы товаров подобная торговая политика США может распространиться в скором времени?

Некогда преданные экономические и политические союзники США – прежде всего европейцы — и вправду чувствуют, что американцы предают их всё сильнее, следуя исключительно собственным интересам в рамках лозунга «прежде всего Америка». Отсюда союзники становятся всё более условными, а азиатские партнёры и никогда в полной мере не доверяли США. Весь этот кризис доверия, вкупе с чисто прагматическими расчётами, грозит подрывом самых основ воздвигнутой на фундаменте долларовых расчётов системы. И крупные, и мелкие игроки на рынке предпочитают подстраховаться после очередных раундов торговых войн – и не спешат как следует вкладываться в доллар ради слегка более формально выгодных процентов по облигациям или в банковских активах. Они знают, что есть риск существенно большего удешевления американской валюты, что уже и было, когда с начала 2017 года доллар вопреки многим прогнозам просел в цене за полтора года более чем на 10% к корзине остальных главных мировых валют.

В тексте сопроводительного заявления и в выступлении председателя ФРС США Джерома Пауэлла было тоже вроде бы немало позитивных фраз и бодрого настроя. Например, темп роста экономической активности назван «солидным», или ещё можно перевести это как «уверенный, сильный» (в оригинале – solid rate), а раньше они характеризовали активность словом «умеренная» (moderate). ФРС опустил в официальном тексте, наконец, и многолетнюю фразу, что «ставки ещё какое-то время останутся ниже нейтрального уровня» – прогресс! Но всё равно остался там не менее «древний» речевой оборот «политика остаётся аккомодационной (то есть, приспосабливающейся к ситуации и стимулирующей, мягкой по сути). Первое — хороший знак для доллара от ФРС, второе — скорее нет. Из хорошего для доллара – Джером Пауэлл отметил хороший рост доходов домохозяйств. Из плохого для доллара – «индикаторы инфляционных ожиданий изменились не сильно». А значит, поводов для более быстрого роста ставки меньше. Пауэлл добавил на пресс-конференции, что часть подъёма инфляции вышла за счёт дорогой нефти, бензина, а значит, это фактор достаточно изменчивый. Ещё сказал, «хотя последние данные по инфляции и были воодушевляющими, но окончательную победу над проблемами низкой инфляции праздновать рано». Что тоже можно характеризовать как реверанс в сторону более медленного подъёма ставок. Обещание Пауэлла «приблизить ставки постепенно к нейтральным уровням в течение следующего года» можно считать позитивом, но… тут же была сделана оговорка, что сам «нейтральный уровень процентной ставки может определяться в зависимости от динамики инфляции». И вообще, «слишком быстрый» или «слишком медленный» подъём ставок повредил бы экономике». По решениям в торговой политике Пауэлл комментариев давать не стал, а по налоговым решениям признал, что «они могут помочь росту спроса в течение 3 лет».

Сохраняется ощущение, что одна из целей ФРС – продолжать поднимать ставки, комментируя эти подъёмы так, чтоб доллар сильно не укреплялся или не укреплялся совсем. Например, основная фраза Пауэлла, на которой доллар отыграл назад укрепление, была такой: «Решения по ставкам не будут приниматься на автопилоте». То бишь, можно понять так, что и решения в сентябре и в декабре, когда ждут ещё 2 повышений — не «проштампованы», не гарантированы. Как видим, попытки купить доллар после заседания были, но долго пока не продержались — реакция на ставки в целом по итогу достаточно смешанная. Большинство валют остались в тех же коридорах, где они и были до решения ФРС.

Более яркой, но тоже не вполне естественной, оказалась реакция валютных рынков на состоявшееся в четверг 14 июня заседание европейского ЦБ. Там приняли наконец-то «историческое» решение – официально объявив, что прекращают длившуюся с 2015 года масштабную программу скупки активов. По сути, это была программа снабжения банков и рынков дешёвыми, «почти бесплатными» деньгами – ради поддержки финансовой системы после кризиса и для разгона инфляции с практически нулевого уровня до нормального уровня 2% в год.

Говоря проще, ЕЦБ официально с января 2019 года «выключает печатный станок», что может привести в итоге пару Евро/Доллар к новым годовым максимумам выше 1.25 – учитывая, что подобное движение из района 1.10 к 1.25 уже происходило один раз с прошлого лета, и именно на ожиданиях выключения европейского «печатного станка». Будет логично, если с уровней вроде 1.17 (или, может быть, с чуть более низких) пара Евро/Доллар в конце концов и прогуляется ещё раз к 1.25, а пара Евро/Рубль попадёт опять в район 75 рублей за доллар или несколько повыше.

Но это всё на перспективу. А пока же, в ходе обнародования решения от ЕЦБ, пара Евро/Доллар ещё и обновила минимумы недели ниже 1.17. Рынки, очевидно, посчитали, что сам факт скорого выключения «печатного станка» в этом году и без того был очевиден, а детали восприняли пока в штыки и негативно. В частности, им не понравилось, что хотя сам «печатный станок» будет выключен до конца этого года, а с октября и на оставшиеся до конца года 3 месяца его мощность будет сокращена вдвое с 30 млрд до 15 млрд в месяц – однако процентные ставки останутся на нулевых и отрицательных уровнях вплоть до лета 2019 года.

Вообще, довольно странная реакция рынков на положительную новость продажами евро, надо признать: председатель ЕЦБ Марио Драги всегда говорил, что будет значительный зазор во времени между выключением «печатного станка» (окончанием скупки активов) и моментом начала подъёма ставок. Другие люди из ЕЦБ, например, ведущий экономист Питер Прат, также говорили о возможности начала подъёма ставок где-то к лету 2019 года раньше. Что переход от сверхмягкой политики будет плавным, а не моментальным — это было ясно вроде всем, так и Федрезерв в США делал тоже, так и все вменяемые центробанки делают. Поэтому, думается, «непослушание» рынков в виде резкой распродажи евро в ответ на решение ЕЦБ скоро может схлынуть, и над европейской поляной затем взойдёт солнце. В какой-то мере и Марио Драги в ходе пресс-конференции способствовал снижению евро глубже, пытаясь навести некоторыми фразами рынки на мысль: мол, программу скупки активов закрывают, но… да здравствует мягкость, а если потребуется ещё где-то что-то, то мы готовы её проявить. Например, было сказано: «Существенные стимулы монетарной политики всё ещё необходимы, чтобы поддержать внутреннее ценовое давление… Управляющий Совет остаётся в готовности подстраивать свою политику, чтобы гарантировать продолжение движения инфляции к целевым уровням должным образом».

Учитывая и это снижение по европейской валюте в четверг после ЕЦБ, и отрицательную реакцию рынков по доллару накануне после ФРС – очевидно, рынки найдут в ближайшие дни по совокупности какой-то разумный для себя баланс между «отвращением к доллару» и «отвращением к евро».

 

Пётр Пушкарёв, шеф-аналитик ГК TeleTrade

для Business FM Самара