Лира и рубль: не близнецы, но соседи по несчастью

Поделиться

Веерные атаки на всю пригоршню валют emerging markets (развивающихся рынков) приутихли. Относительная нормализация – везде, кроме бразильского направления: там страсти бурлят, и местная валюта (реал) показала вчера самое низкое закрытие дня вообще за всю свою историю… Так себе, но более-менее терпимо, обстоят дела в эти дни с аргентинским песо: за неделю валюта Аргентины потеряла 6%, и всё же до прежнего августовского «дна» ей далеко. Многозначительную паузу, почти не двигаясь с места, выдерживают индийская рупия и китайский юань.

 

А вот на турецком, южноафриканском и мексиканском фронтах — местные валюты взяли серьёзный реванш. Ранд ЮАР «прокатил» доллар вниз почти на 4%, мексиканский песо – на 2,5%, и максимальных успехов достигла в борьбе с экспансией доллара за неделю турецкая лира: если брать весь разброс движения между самым максимумом и самым минимумом, то в Турции валютный курс сходил вниз на 7,5%, соскользнув с 6,5 лир до 6,01 лир за доллар.

 

Очевидно, именно это помогло привстать с лопаток и рублю. Помогли и своевременные на этот раз комментарии главы Минэкономики Максима Орешкина – что продавать валюту надо тогда, когда боишься, и доллары на рубли менять уже самое время. Интересно, ожидал ли он сам, что его прогноз на отскок рубля исполнится так быстро? Все мы стали свидетелями небольшого «чуда»: когда, уверенно перейдя было «красную черту» и завершив понедельник выше отметки 70,5 рублей, курс российской валюты вдруг неудержимо и три дня подряд принялся укрепляться.

 

Турция играет для рубля, и для всех валют EM (emerging markets) роль компаса, так как в этом кризисе ЕМ именно турецкая лира была «первой жертвой», с неё этим летом всё и начало сыпаться. Именно лира стала сперва самым слабым звеном и своего рода указателем для курса доллара «на север» по отношению к валютам многих стран «большой двадцатки», из которых кто-то упал раньше, а другие держались дольше. Но та же лира, исчерпав раньше всех лимит утраты доверия, достигнув ещё в августе дна и от этого дна с силой оттолкнувшись – служит для валют многих стран теперь моделью будущего развития событий. Где-то там между Анкарой и Стамбулом сейчас находится, возможно, своеобразный «валютный Сталинград», где турецкий ЦБ сражается один за всех, но от исхода этой битвы на выживание зависит судьба и многих.

 

Тем интереснее урок, который могли преподать нам активные наблюдения за вчерашней реакцией лиры на суперрешительный шаг турецкого ЦБ: центральный банк там впервые за долгое время не прислушался к президенту Эрдогану и поднял ключевую ставку по кредитам разом аж на 6,25%: с 17,75% до 24% годовых. Важная предыстория заключалась в том, что большую часть года Эрдоган активно возражал против любых дальнейших подъёмов ставки, в почти ультимативной форме требовал от ЦБ кредиты не удорожать, мотивируя это подрывом у бизнеса тогда всякого интереса инвестировать. При этом «правильного» с точки зрения либеральной экономической теории решения поднять ставку в район 25% от ЦБ всё это время требовали рынки, иначе Турции предрекали крах МВФ и многие внешние инвесторы. Утверждалось, что якобы исключительно именно из-за упрямства Эрдогана, «подмявшего» под себя центробанк, лира и не переставала сыпаться.

 

Аргентинцы вон до 35% ставку свою поднимали, потом до «преддефолтных» по сути 60%, а результат тот же самый: песо просто обвалилось, как и лира. А раз результат такой же, то для чего мешать высокими ставками экономической активности в стране? Если уж турки не подняли ставку раньше, устояли, то может теперь, когда пик неприятностей для лиры пройден, надо кредитовать свои банки валютой, насколько позволяют ресурсы. А я думаю, пока они позволяют: у Турции под $100 млрд резервы. Конечно, не $450 млрд, как в России, у нас в этом плане возможностей куда как побольше, а экономика Турции по объёму ВВП близка к российской: турецкая примерно 70% от нашей по оборотам, вот так вот.

 

Вопрос, поможет ли лире подъём ставки, окажется ли он оправданным, тем интереснее и актуальнее, учитывая, что сегодня 14 сентября состоится заседание совета директоров ЦБ России, где также «на столе», по словам председателя банка Эльвиры Набиуллиной, может находиться вопрос о повышении ключевой ставки. Правда, у нас мы и близко не имеем дело со столь экстремальным валютным кризисом, как в Турции, и если речь и идёт о возможном повышении ставки, то о совсем небольшом. Но и в случае небольшого повышения ставки в России это может стать знаковым событием, поскольку за последние 2 года и бизнес, и население успели привыкнуть: ставки у нас только снижаются, кредиты дешевеют, вследствие чего разнообразные кредиты стали пользоваться у нас повышенным спросом, а банки стали их намного охотнее выдавать. И некоторый пусть и временный перелом тренда в политике ЦБ мог бы развернуть в сторону охлаждения в какой-то мере и настроения всех субъектов финансово-экономических отношений в России.

 

Так если не с точки зрения частичной демотивации для экономики, а с точки зрения именно влияния на курс валюты – стоит ли идея с повышением ставки свеч, если судить пока об опыте Турции исключительно по первому впечатлению? С того момента прошло менее суток, но какими-то наблюдениями и выводами уже возможно поделиться. На мой взгляд валютного аналитики и трейдера, ответ пока что отрицательный: нет, друзья, оно того не стоит. Факты рыночного движения курса Доллар/Лира показали вчера, что действо в виде подъёма ставки – скорее выглядело всё-таки лишним, ритуально-вынужденным и запоздалым размахиванием кулаками после драки.

 

Судите сами. Накал страстей на турецком валютном рынке и так уже спал: сентябрьский пик 6,72 лиры за доллар и близко не подбирался к августовскому пику 7,11 лиры за доллар. И всю первую декаду сентября курс плавно снижался до уровней ниже 6,5 лир. Всё и так уже наладилось отлично. И без всякого подъёма ставки лира воспряла духом. Кстати, ранее, в августе, доллар соскользнул с той самой отметки 7,11 лиры 13 августа до 5,7 лир к 16 августа — за каких-то 3 дня активного возврата лиры к жизни. Повторю, и без всякого подъёма ставки, которая и так была 17,75%, то есть примерно на 2,5% выше уровня инфляции, а инфляция превышала на тот момент 15%. Ставка и должна быть немного выше инфляции, чтобы гасить отчасти рост цен, но сохранять интерес к активному кредитованию и бизнес-процессам без раскручивания витка инфляции ещё больше. После августовского обвала лиры до дна и 3-дневного восстановления, согласно большинству экспертных прогнозов, доллар должен с высокой вероятностью был локализоваться между отметками 5,5 и 6,5 лир – именно этим прогнозам рынок с хорошей точностью и с малыми отклонениями и следовал.

 

Насколько бы рынок дестабилизировало в очередной раз решение ЦБ Турции не трогать ставки? Мы можем только оценивать это по косвенным признакам. За 2 часа до решения турецкого ЦБ мысль, высказанная вновь Эрдоганом, что ставки поднимать вредно и вообще их надо, очевидно в долгом горизонте, понижать, чтобы не подрывать инвестиции – вызвала лишь всплеск коротких распродаж лиры до уровня 6,55 лир за доллар. После чего распродажи резко остановились, а курс быстренько вернулся ещё до решения турецкого ЦБ на более низкий и спокойный уровень 6,4 лиры за доллар. То есть, рынок показал, что так уж сильно распродавать лиру в случае не-подъёма ставки никто не готов. А может быть, кто-то большой и сильный, владеющий «оперативной» информацией, что ставку точно всё-таки поднимут – взял и продал на пике 6,55 некую солидную сумму в долларах и вернул быстро курс на место. Возможно, что не обошлось без точечного целевого воздействия. Но… впечатление осталось такое, что лира не планировала уже обваливаться и без подъёма ставки.

 

А после подъёма ставки – конечно, лира резко подскочила, по-другому вряд ли могло и быть, но укрепление длилось минут 15. Курс турецкой валюты лишь краткосрочно припал в это время совсем близко к уровню в 6 лир за доллар, а потом неплохо отскочил, и долго-долго часа четыре ещё стоял в задумчивости, куда же двигаться дальше. Эти долгие размышления как минимум означают: не так всё просто с точки зрения рыночных игроков. И если эффект сие действие в виде подъёма ставки не возымеет, то выйдет Эрдоган, разгонит там всех в руководстве своего лишь формально независимого ЦБ и скажет: “Видите, я был прав! Не надо было ставки поднимать, не помогло!” А думаете, он зачем за 2 часа до решения банка комментарии давал для прессы? Про решение уже, конечно, знал, но хотел остаться от этого решения чистым: “это не я, это они”. Поможет подъём – ок, не поможет – тут он весь в белом. Политик до мозга костей.

 

В конечном счёте лира слегка укрепилась, но курс доллара пока так и остался выше 6 лир, на момент написания статьи чуть снова отскочил в район 6,15 – но курс по-прежнему намного выше минимумов 16 августа, которые, напомню, находились тогда в районе 5,7 лир за доллар. К тем августовским низам курс, напомню, пришёл без всякого подъёма ставки – конечно, не «сам», а в ответ на готовность турецкого ЦБ насытить банки валютой, снизить требования по резервированию – словом, принять целый спектр мер, не связанный с подъёмом ставки. Получается, сейчас с подъёмом ставки лира укрепилась пока существенно меньше, чем она укреплялась месяц назад и затем в сентябре безо всякого подъёма ставки, когда ЦБ Турции и Эрдоган стояли мёртво на позиции «ни шагу назад», и идею подъёма ставки отметали как вражескую и чуть ли не «вредительскую».

 

Может быть, решение ЦБ Турции помогло сбить вниз доходности по облигациям? Доходности 10-летних эталонных облигаций госзайма у них упали со страшного совсем уж августовского пика в 23% (под меньший процент Турции на тот момент занимать никто не хотел) до 19% — ещё до подъёма ставки. 19% тоже много, но… собственно, немногим выше старого уровня процентной ставки и уровня инфляции. Так что ниже падать премиям за риск вложений в турецкие бумаги пока всерьёз сложно. После вчерашнего решения ЦБ доходности снизились ещё примерно на 1%, но стоила ли игра свеч, и может быть в коротком горизонте времени это произошло бы и без подъёма ставки? Кто знает. Рынки, как и история, сослагательного наклонения не знают, и на этот счёт мы можем только гадать.

 

Что касается России, то не думаю, что небольшой подъём ключевой ставки в пределах от 0,25% до 0,5% способен снизить требуемую инвесторами доходность по новым размещениям или на вторичном рынке. Само по себе однократное повышение ставки не так велико. Но если рынок ОФЗ только лишь задумается о дальнейшем неоднократном повышении ставки (например, в ответ на новые санкции из США и на нежелательные колебания курса рубля) – и вот уже потенциальные покупатели ОФЗ будут выжидать ещё большего скачка доходностей и, значит, более благоприятной конъюнктуры для инвестиций. Будут выжидать и вряд ли будут вкладываться. Собственно, выжидают и теперь, поэтому Минфин откладывает новые размещения. Но сейчас выжидают только из-за неопределённости с пакетом санкций конгресса – будет ли он против российского госдолга, или против банков с госучастием, или против и того, и другого? Это и так сдерживает многих от покупки ОФЗ, кто уже мог бы купить, а идея цикла малых, но растянутых во времени повышений ключевой ставки может стать ещё одним дополнительным аргументом для такой задержки с размещением капитала в российские бумаги.

 

Если ключевую ставку у нас поднимут, будет ли влияние на курс рубля? Скорее всего, нет, либо очень малое: ведь если даже ставку ЦБ России незначительно повысит, то это нисколько по сути не изменит интересующую инвесторов разницу в доходностях с бумагами других стран. Если рассматривать в сравнении рублёвые инструменты и бумаги остальных государств G20, в том числе и четырёх других государств БРИКС: Бразилии, Индии, Китая и ЮАР, что будет правильнее, чем сравнивать с доходностью казначеек США или немецких бондов, то сдвиг в пределах 0.5% погоды тут не сделает. К тому же наши российские ОФЗ и так уже отскочили от неприятной для Минфина пиковой доходности 9,35% на 0,5% вниз до 8,85% годовых. Как раз пришедший в нужный момент на рынок ОФЗ крупный покупатель и прекращение хотя бы срочного оттока части капиталов из этих бумаг, очевидно, и были первичным явлением по отношению к снижению курса доллара более чем на 2 рубля – что было скорее рефлекторным следствием.

 

В этих условиях, когда курс рубля и так немного нормализовался, как скажется на настроениях в подъём ключевой ставки, если будет принято такое решение? Кардинально – может быть, и никак. Потому что всё-таки речь же не про турецкие 6,25%, а про более скромные 0,25% или 0,5%. Но эмоционально, вспомним, как реагировал рынок на резкое повышение ставки регулятора у нас в декабре 2014-го? Задирают ставку – значит, всё плохо, кризис серьёзный: у нас реакция в России была именно такой, и рубль в тот же день сильно уронили. Сейчас таких больших последствий не будет, конечно. Но и валютный рынок, и бизнес-среда инстинктивно-эмоционально могут переключиться в режим осторожности и кризисных ожиданий. А значит, для рубля это может выйти скорее боком: в преддверии неприятностей у нас в России принято скупать валюту, а не обращать внимание на небольшое в потенциале повышение доходности рублёвых инструментов. Чуть более доходные, но рискованные: так рассуждает большинство. Подъём ставки может стать для наших людей формальным индикатором, предвестником каких-то будущих неприятностей, которые ещё в нашей финансовой системе не наступили и, мало того, могут и не наступить. Но тревожные реакции вроде принимаемых на опережение антикризисных мер могут если не кризис накликать, то дать боязливый спад активности на 6-8 месяц. Задержим выход экономики на рост, так как усложним кредитование и напугаем бизнес-сообщество. Не желая того, понизим активность банков, бизнес-активность, переведя их в режим ожидания момента окончания неопределённости. А нам-то, как никогда, нужно развитие, нужен рост, а не стагнация и не спад – какие бы временные или долгие неурядицы не происходили с курсом рубля.

 

Всего этого можно, на мой взгляд, избежать, если ЦБ ограничится некоторым ужесточением риторики, укажет на осенние проинфляционные риски, пока не реализованные, а гипотетические, так как сейчас возможный рост цен тянут по сути за собой только цены на топливо. Это будет необходимым и достаточным заявлением: тем более далеко не факт, что волной позитива этой недели уже совсем всё худшее для рубля закончилось. «Дно» по рублю можно будет считать окончательно пройденным, только когда американцы уже примут, наконец-то, свой набивший оскомину пакет суперсанкций. Отложенная угроза — самое худшее. Лучше пусть её уже приведут хоть в каком-то виде в действие, тогда и рынок облигаций, и рубль, смогут быстро достичь глубины падения, которая может оказаться не такой уж и глубокой, даже совсем скромной ямкой. А вот затяжная процедура «капания на мозг» капля за каплей в течение уже 3 месяцев убрала с рынка основную массу оптимистов – что позволяло, собственно, весь август и сентябрь рублю проваливаться всё глубже. Октябрьские торги по рублёвым инструментам могут с высокой вероятностью оказаться всё ещё в заложниках у этой санкционной темы – надоевшей и туманной, но от этого не растворяющейся в воздухе.

 

Будут ли дальнейшие атаки на EM, или это уже реально всё? Исключать ничего не будем. Видно будет многое по косвенным признакам, тем же кампаниям в финансовой прессе, и по прямым техническим признакам: имею ввиду меняющуюся день ото дня технику на графиках и динамику доходностей гособлигаций всего спектра стран «двадцатки».

 

Другие рынки EM (ранд, рупия, песо, реал, рубль) с нетерпением ждали, как повернётся дело с лирой по итогам дня – и все без исключения среагировали скачками своих национальных валют вверх – кто ненадолго, как рубль, кто и посерьёзнее, как Мексика. Но это по итогам дня, а эти процессы будут во взаимосвязи отслеживать участники рынка ещё много дней на всех этих тесно взаимосвязанных рынках. В Турции спекулянты наелись – и, похоже, лира может укрепляться (медленно и осторожно, и со сбоями). Но в других странах – не факт, что спекулятивные капиталы отстали уже от национальных валют. Возможно, просто сделали паузу. В Турции – всё и закончилось, в основном, потому, что там их лира успела упасть просто до такого уже дна, что дальше падать было некуда, и не было уже игроков со свободными капиталами, кто всё ещё был готов на этих уровнях в эти игры играть дальше. Перешли к атаке на других развивающихся рынках, так проще оказалось… Капиталы циркулируют и ищут себе «окошки», куда можно втиснуться. Сегодня они опрокидывают одну валюту, а завтра, почувствовав сопротивление, отстанут от неё и пристанут к другой – если не найдут более выгодную среду для своей игры. Нам остаётся следить за развитием событий, или тоже искать возможности для извлечения из любой возникающей ситуации если не финансовой выгоды, то хотя бы финансовой страховки от нежелательных сценариев.

Пётр Пушкарёв, шеф-аналитик ГК TeleTrade

для Business FM Самара