Дело самарского конструктора Фирстова вскрыло бардак в системе контроля ракетно-космического госзаказа

Поделиться

энергияНа заводские испытания оказавшихся аварийными установок для ракеты “Протон” госконтролеры смотрели сквозь пальцы. Они понадеялись друг на друга. Эксперты расходятся в оценке того, насколько типичен самарский случай.

Суд над бывшим замглавы Волжского конструкторского бюро РКК “Энергия” Михаилом Фирстовым закончился несколько недель назад. Однако новые подробности продолжают всплывать до сих пор. Как известно, выпущенные в Самаре без лицензии детали для ракетных стендов и наземных разгонных блоков не смогли пройти испытания и у заказчика, и на Байконуре. Вместе с тем, результаты ранее проведенных заводских тестов были отличными. Сейчас этому нашлось возможное объяснение.
Заводские тесты самарских ракетных агрегатов проводились под Челябинском на Усть-Катавском заводе. Как пишет со ссылкой на материалы следствия газета “Самарское обозрение”, контролеры из самарского и уральского представительств Минобороны фактически отстранились от участия во входном контроле деталей и их испытаниях, не разобравшись, кто должен этим заниматься. Не присутствовал на тестах и главный инженер Усть-Катавского завода. Якобы, из-за крайней занятости. Вышло так, что акты о проведении испытаний подписали все. Хотя на деле работу агрегатов отслеживал лишь Фирстов вместе с подчиненными. Контрафактные агрегаты в итоге были забракованы. Но это — заслуга специалистов Байконура и РКК “Энергия”. А многочисленные контролеры на местах свою работу провалили.
Не считает случившееся системной проблемой директор Центра анализа мировой торговли оружием Игорь Коротченко:

“Я не думаю, что это системный случай. Потому что в принципе в системе гособоронзаказа налажены достаточно эффективные механизмы контроля. Плюс к этому установлены военные представительства министерства обороны. Что касается системы Роскосмоса — в данном случае да: были нарушения, неоднократные и не только в этой сфере. Собственно поэтому у нас были и очень досадные космические неудачи, которые в конечном итоге привели к реформе отрасли и смене руководящего состава. Все-таки, на мой взгляд, это нельзя рассматривать как такую повсеместную тенденцию. Скорее всего речь идет о локальном случае, действительно вопиющем. И за который надо очень жестко наказывать”.

Иного мнения научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев:

“Это — системное. Мы еще 10 лет назад говорили, что теряем возможности работать нормально. Если клетку для мышей на «Фотоне» не могут сделать, что вы ждете в других местах? Я сейчас на каждый запуск смотрю со страхом, что вот все это сейчас повалится. Солнечная батарея не открылась, антенна не открылась… Это так система работает”.

Как сообщалось, суд дал Михаилу Фирстову 2,5 года колонии-поселения. Сейчас самарский конструктор пытается обжаловать приговор.